Режиссер — Мария Смольникова
Художник — Мария Трегубова
Сделали проект и влюбились в создателей — есть такой синдром? У нас так постоянно: любим тех, с кем создаем, оттого вся работа быть просто работой перестает. А когда появляется возможность для соавторства — процесс становится совсем другого уровня. Недавний спектакль «Гроза» независимого театрального объединения «Озеро» — такой пример.
Постановка дебютная. Режиссер — Мария Смольникова, актриса из команды Крымова, вместе с художником Марией Трегубовой придумали и написали пьесу по мотивам Островского, переосмыслили текст, добавили туда что-то свое личное. Одна Мария ставила как режиссер, другая — как художник.
Мы посмотрели на макет, вчитались в детали, в настроение, в эту необычную, хаотичную и волшебную атмосферу. А дальше случилось главное: они увидели в нас соавторов. Не подрядчиков, не цех, который просто выполняет заказ. Это случается нечасто — когда ты с самого начала погружен полностью, когда твои идеи слышат и обсуждают на равных, когда можно не бояться предлагать что-то свое.
Луг, который нужно уничтожить
Задача оказалась азартная. Нужно было сделать луг. Не рисованный задник, не плоское покрытие, а объемный, фактурный, почти живой кусок земли с кочками, травой, рельефом. И этот луг в середине спектакля артист должен был содрать со сцены. Вместе с корой дерева, которое стояло тут же. Вышвырнуть в дверной проем. Буквально: сдирает, комкает, швыряет — открытым приемом.
Значит, наша декорация должна была быть одновременно и убедительной природой, и легкой, пластичной конструкцией, которую можно легко оторвать от пола и выкинуть. Чтобы артист не надорвался, чтобы это выглядело органично и чтобы зритель поверил: да, это случилось именно сейчас, именно так.
Нам предстояло создать луг, который занимал почти все сценическое пространство. Не просто зеленый половик, а объемную фактуру. При этом пространство жестко ограничено: станок 6 на 4 метра. На нем же находятся семь артистов и дуб — дерево, которое тоже надо было одеть в кору, а потом дать возможность эту кору содрать. И главное: луг должен выглядеть как настоящий — с кочками, разнотравьем, перепадами высоты, при этом не мешать движению, не создавать опасных зон и не скользить под ногами на пандусе с уклоном 21 градус.
Что использовали для создания «живой» поверхности:
- Мех — ворсистый, чуть лохматый, он давал нужную тактильность. Но мех сам по себе плоский, поэтому его нужно было дополнять.
- Искусственная трава на силиконовой основе — мягкая, мнется под ногами и возвращает форму, не шуршит, не ломается.
- Канекалон — искусственные волосы для косичек. Его вшивали пучками, чтобы он торчал в разные стороны, как сухая осока или луговые жесткие травы.
- Тропическая трава, камыши, осока — купили всё, что показалось интересным по фактуре и цвету, и начали собирать в единую картину. Где-то нашивали пучками, где-то вплетали в корсажные ленты, где-то просто приклеивали термопистолетом.
Появилось ощущение живого луга, как в детстве, когда смотришь на траву в упор и видишь там целый мир — с травинками разной толщины, с пушинками, с колосками, с чем-то непонятным, но живым. Здесь гуще, там реже, тут кочка, там проплешинка.
Кочки делали отдельно:
- Основание — тонкая фанера.
- На нее набирали поролон, формируя объем.
- Сверху затягивали тканью и мехом.
- В кочки тоже втыкали пучки длинной травы, камыша, осоки, чтобы они торчали, как настоящие.
- Часть кочек пришили прямо в половик, часть оставили съемными, чтобы можно было регулировать плотность.
Антискользящая защита: пандус 21 градус — серьезный риск. Если половик поедет, неприятности неизбежны. С обратной стороны половика прошли термоклеем: нанесли полосы, дали схватиться. Получилось надежное противоскользящее покрытие, которое держится на ткани и не отслаивается.
- Первый слой — черная диагональ, прочная основа.
- На нее нашивали тонкий поролон, формируя рельеф.
- Сверху — тюлевая сетка, чтобы держала форму.
- И уже на сетку крепили марлю, пропитанную ПВА и закрученную в складки. Марлю предварительно сушили, получались жесткие, фактурные заломы, очень похожие на кору старого дерева.
- Потом всё расписывали вручную: добавляли глубину, тени, оттенки.
- Крепилась кора на магниты и липучку. В нужный момент артист поддевал край, дергал — и она отлетала.
В итоге всё сработало. Луг содрали, кору оторвали, под ними осталась голая фанера — именно так, как было задумано.
Этот проект — еще одно подтверждение нашей главной театральной истины: когда ты не просто исполнитель, а соавтор, даже самая сложная задача становится удовольствием. Потому что ты не отшиваешь метры, а участвуешь в создании живого, дышащего мира, который потом будет жить на сцене. И ради этого хочется больше экспериментировать, искать новые фактуры и техники, влюбляться в создателей и позволять им влюбляться в тебя.
Оставьте контакты — и мы превратим вашу идею в сценическую реальность
Каждый спектакль уникален — как и наш подход к работе. Расскажите о вашем видении, и мы найдём идеальное решение вместе.